Eduard Markovich (luckyed) wrote in culture_il,
Eduard Markovich
luckyed
culture_il

6-ой Зимний Эйлатский Джазовый Фестиваль. Альфредо Родригес среди чеширских котов.

Дамы и господа!
Путешествие по воспоминаниям о 6-ом Зимнем Международном Джазовом Фестивале на Красном море продолжается.
Дуби Ленц, "ангел-хранитель" и художественный руководитель фестиваля, собирает лучшее из доступного и доступное из лучшего. А нам остаётся наслаждаться "охотничьими трофеями". Несколько лет назад он повстречал маленького мальчика, поражавшего видавших виды джазовых мэтров виртуозностью игры на фортепиано. И немедленно пригласил. Музыкальное чутьё не подвело. Нынче к двукратному номинанту премии Грэмми в номинациях "лучший джазовый исполнитель" и "лучший джазовый альбом" Джои Александеру не просто подступиться, но Эйлатский Джазовый останется первым международным фестивалем в его жизни.
Год прошёл. И Дуби представляет нам очередную "удачную находку".
Первая встреча произошла в одном из джазовых клубов Большого Яблока. После великолепной сессии Альфредо внезапно подошёл к Дуби, широко улыбнулся (теперь я точно знаю, как он это делает), протянул руку и сказал:

"Привет. Как дела?"
"Мы знакомы?" - спросил Ленц.
"Нет, я кубинец".

Раньше думал, что так может ответить только настоящий одессит. Теперь в наш одесский непредсказуемый интернационал добавил и кубинцев.

 

Никакого электрического джаза, как писал в предыдущем рассказе, не было. Аккустическое джазовое трио. Как скучно сказано, но как замечательно звучало.
   
"Бежевый" саксофонист  такого гигантского роста, что контрабас рядом с ним казался неестественных размеров.
   
 
Молодой Родригес, ласкающий рояль столь страстно и нежно, что тот просто не мог не отвечать взаимностью.

 
         
Буйный и бурный ударник, по сосредоточенному суровому лицу которого временами проплывала неотразимая нежная улыбка.

 
   
Все красавцы, все Музыканты, все поэты джаза.
Куба, одним словом. Остров Свободы. И джазовой в том числе.
Обработки традиционных кубинских мелодий вперемешку с оригиналами.
Какая разница что играть. Самое главное КАК!
                       
Токороро (Tocororo). Так Родригес назвал свой последний альбом в честь кубинской птички, ставшей символом Кубы. Птицы, не способной выжить в клетке, а умирающей за решёткой от тоски.
Знак не только стремления к свободе, но и невозможности жить без неё.

 
 
 
             
Зажмурившись играл и высоким чистым голосом пел Альфредо о птичке и о свободе, о кубинских святых и о любви... Наслаждался сам, услаждая нас.
     
 
 
Reinier Ruano перебирал струны тонкими и длинными пальцами, выточенными из сандалового дерева. И пальцы, как заметила моя Маринка, превращались в маленьких джазовых паучков, ловко снующих вверх и вниз по нотным контрабасным линейкам.

 
               
Michael Olivera, близкий друг и соратник Альфредо, замирал на мгновение с застывшей палочкой, прислушивался к чему-то, понятному лишь этим троим, и вновь нырял в грохочущую барабанную бездну, извлекая из неё джаз.
                 
 
                       
И была "Гуантанамера". Ожидаемая и непредсказуемая. Мы плясали и вопили от восторга. И даже те, кто сидел и молчал, всё равно стояли и кричали внутри. Потому что удержаться было невозможно.
             
 
 
 
     
Трое на сцене знали какой-то секрет девушки из Гуантанамо и тянули за невидимые ниточки, выдёргивая нас из удобных кресел и заставляя трястись и подпевать в пароксизме счастья.
Ух!!!

             
 
 
 
Музыка, в которой хочется зажмурившись раствориться. И ты улыбаешься, жмуришься и растворяешься. Зрители исчезают и остаются одни улыбки, плывущие в пропитанном музыкой воздухе.
       
Зал чеширских котов, дамы и господа.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments