January 20th, 2010

Московский театр оперетты: «Летучая мышь» с «Острова сокровищ»

Официальный пресс-релиз
 

Оперетта – неуловимый искрометный жанр – театр, драма, опера, мюзикл, комедия – всё вместе и всё на одной сцене. Оперетту любят не все, но ее поклонники - самые верные потому, что оперетта всегда хорошо кончается. Оперетта - это праздник, это легкость, это желание приобщиться к радости, желание услышать хорошую музыку и увидеть хороший спектакль.

Для увеличения нажми на меня!

Оперетта – это жанр легкой оперы, что относится и к музыке, и к содержанию. Это - легкость сюжета, но не музыки, зачастую бывающей серьезной и глубокой. Оперетта – это еще и предшественница современной музыкальной комедии. Это - пантомима, танец, буффонада, карнавал и интрига. И зря снобы обходя оперетту стороной: Монтсеррат Кабалье начинала карьеру с «Веселой вдовы», а Пласидо Доминго блистал в «Стране улыбок».

 

Collapse )

 

kuson
  • litsyn

Шагал и Гоголь: разговор по душам.

Если кому-нибудь в ближайшее время придёт  в голову зайти в Тель-Авивский художественный музей, сразу же повернуть от входа направо и спуститься по лестнице, ему грозит попадание на интереснейшую выставку гравюр Шагала. Не пожалеете - это собрание иллюстраций к "Мёртвым душам", сотворённое Шагалом  в 1923-27 годах. Вся серия состоит из 96-ти офортов, но на выставке представлено меньше двадцати. История попадания гравюр в коллекцию музея заслуживает рассказа. Шагал водил дружбу с книгоиздателем и галерейщиком Амбруазом Волларом, которого из-за Пикассо мы все представляем несколько угловатым:
 
 Воллар заказывал Шагалу серии гравюр: иллюстрации к басням Лафонтена, библейские сюжеты и другие. Одна из первых серий была посвящена гоголевским "Мёртвым душам". Интересно, что офорты впервые увидели свет уже после смерти Воллара,   в 1948-м году, когда издатель Териад выпустил французский перевод поэмы с оригинальными гравюрами в 368-ми экземплярах. 

А вот в Тель-Авив они попали раньше. В 1930-м году Шагал познакомился в Париже с мэром Тель-Авива Меиром Дизенгофом, который увлекательно рассказал ему о своих планах открыть художественный музей в первом еврейском городе. Шагал с энтузиазмом воспринял идею, и весной 1931-го года, когда с женой и дочерью на пароходе "Шампольон" он прибыл в Эрец-Исраэль,  он привёз в подарок Дизенгофу набор иллюстраций к "Мёртвым душам". Они украсили коллекцию музея, который был открыт годом  позже. На офортах сверху Шагал написал на иврите личное посвящение Меиру Дизенгофу.  

Иллюстрации довольно забавные. Радуют подписи к картинам на иврите. Особенно хорош некий персонаж в ночном колпаке по имени Флошкин, а может быть Флушкин. Что касается душ, то Шагал явно чувствовал родство этого с Гоголем, что и отразил в картине, открывающей экспозицию:
  
  • Current Mood
    cheerful cheerful