karga_golan (karga_golan) wrote in culture_il,
karga_golan
karga_golan
culture_il

Category:

Роман Виктюк: «Всех моих героинь влечет страсть!»

Нынешний театральный сезон стал для израильских поклонников творчества Романа Виктюка настоящим праздником. До конца года еще далеко, а несколько его спектаклей заявлены только на первое полугодие. Один уже прошел – «Любовница любви», в котором играла и пела Нуца Шаншиашвили, два других состоятся в ближайший месяц - ставшие легендой «Служанки» и «Саломея». Две последние работы многие израильтяне видели уже в прошлые гастроли театра, но интерес к ним публики не угасает. Как, впрочем, не угасает этот интерес вообще к каждому спектаклю прославленного режиссера, народного артиста России и Украины. Накануне очередных гастролей театра - очередное интервью с Романом Виктюком, предоставленное журналистом Яковом Зубаревым (журнал "Силуэт").

Для увеличения нажми на меня!
Сцена из спектакля "Саломея"

 

- Роман Григорьевич, многие ваши спектакли посвящены женщинам и названы именами женщин. Поговорим, среди прочего, о «ваших» женщинах?
- О, это пожалуйста – с утра до ночи!

- В кругу коллег ваше имя известно давно, практически со студенческой скамьи. Но широкой публике вы открылись благодаря «Служанкам», которые поставили в 1988 году в московском театре «Сатирикон» и с которыми объехали уже чуть ли не весь мир. Вы взорвали тогда многие каноны театрального искусства, вас стали называть эпатажным режиссером. Вы тоже считаете себя таковым?
- Да что вы! Это величайшая глупость! Потому что если режиссер ставит перед собой такую цель – шокировать публику, то ничего, кроме улыбки, это вызвать не может. Здесь какая-то гордыня или расчет на легкую популярность. И если, не дай Бог, этому режиссеру наклеивают ярлык – «эпатажный режиссер», то он должен с этим считаться и ставить каждый новый спекктакль, исходя из этой эпатажности. В конечном счете, очень скоро оказывается, что все его потуги – мыльный пузырь.
Однако, в стране, которая не так давно называлась «СССР», идейные устои были настолько тверды и годами отработаны, что любой человек, который делал шаг в сторону, вызывал трепет и неудовольствие Системы. Она тотчас пыталась понять, что же этот человек хочет сделать с ней, с системой. И слово «эпатаж» было в этом случае тем ярлыком, который позволял властям отстранять от работы неугодных людей. Под «эпатаж» подходили любые ассоциации, которые возникали в голове коммуниста, и тут сразу находилась статья, помогающая изолировать не «нашего человека».
Так жили мы все, однако могу при этом сказать, что ни один из почти двухсот моих спектаклей я не поставил для обслуживания системы. Драматургов и писателей, с которыми я работал, эта система не только не принимала, а просто уничтожала: это Вампилов, Рощин, Зорин, Петрушевская, Радзинский, Жванецкий... Для того, чтобы пробить постановку каждого из этих авторов, требовалось безумно много времени. Я первым, между тем, поставил Вампилова – «Встречи и расставания», а «Уроки музыки» Люси Петрушевской вообще были запрещены, поскольку диагноз, который она поставила коммунизму – неизлечимая раковая опухоль, не мог пройти мимо системы. Ни в одном профессиональном театре эта пьеса пройти не могла, и я поставил ее в 1979 году в студенческом театре МГУ. В спектакле были заняты студенты, профессора и одна актриса – Валентина Талызина, которая играла главную роль. Но – не тут-то было! После этой постановки театр окончательно закрыли – после Марка Розовского и Марка Захарова я оказался его последним режиссером: у кремлевской стены не мог существовать театр, который раньше многих других предопределил кончину Системы.

- А что – прежде, чем ставить пьесу, вы не получали разрешения «лита»?
- Я почти все свои спектакли ставил без цензуры. Понимаете, когда ребенок воспитан в польско-украинско-еврейской семье, то это накладывает определенный отпечаток на его характер, дает ему какие-то жизненные ходы, которые Система не просекает. В «Уроках музыки» мы поставили сначала первый акт, и на него пришли Любимов, Ефремов, Эфрос... После действия они кричали: «Это нужно обязательно довести до конца!» Но... когда мы представили полный вариант спектакля, нам уже никто не мог помочь. Деятели искусства писали даже письма на имя Брежнева, но, я уверен, он их даже не читал. Однако я все делал с улыбкой, с шуткой – с таким светом, который ухватить нельзя, и это как-то срабатывало. Меня не уничтожали.

- И в «Уроках музыки», и во многих других ваших спектаклях главными героями являются женщины. Это ваш особый выбор?
- Ну, конечно! Потому что все эти спектакли практически о Любви. О Женщине, которая мечтает о своем Принце. Такую женщину играли Максакова в театре Вахтангова, Алла Демидова в цветаевской «Федре», Маргарита Терехова из театра Моссовета в «Царской охоте», Ирина Мирошниченко, которая 28 лет играла во МХАТе «Татуированную розу»...

- Кстати, «Царскую охоту» тоже чуть было не запретили. Там-то что нашли крамольного?
- Как же – ведь там шла речь о Великой Екатерине и ее фаворитах, и о княжне Таракановой, которая смогла расшатать немного устои той Системы. В спектакле были реплики, которые не могли устроить и систему действующую. И вот я на утренней репетиции, накануне вечерней премьеры, отрабатываю с актерами поклоны, а мне сообщают: премьеры не будет. Главный режиссер театра Юрий Александрович Завадский был в больнице, и Они рассчитывали, что он не сможет вмешаться. Я поехал с Зориным на квартиру к Тереховой, и мы там с горя напились. Позвонил также Завадскому, и тот обещал поговорить с Гришиным –тогдашним первым секретарем московского горкома партии.
Спектакль должен был начаться в семь вечера, и за полчаса до этого времени нам позвонили и сообщили, что премьера – будет. Как выяснилось, Юрий Александрович позвонил Гришину и предупредил того, что если спектакль не состоится, он из театра уходит.
На премьеру приехало почти все Политбюро во главе с премьером Косыгиным. Он зааплодировал первым. И все реплики, которые от нас требовали выбросить – а таких насчитывалось около восьмидесяти, встречали дружное одобрение начальства. Потом мы играли этот спектакль 24 года.

03abbb3ce112099676819c25a67f4261_Viktiuk.jpg
Роман Виктюк

- Ваши героини, в основном, трагической судьбы. Что вас привлекает в них, что вы хотите сказать зрителю их сценическим воплощением?
- Всех моих героинь увлекает страсть, они безумствуют в этой страсти и убеждены, что тот человечек, который стал их избранником, послан им свыше. Что это Он, Бог, благословил их на эту связь.

- Благословил вплоть до преступления?
- Ну, конечно. И Макбет, и Анна Каренина, и Екатерина – все они попадают в такую ситуацию, в такой пожар страсти, когда уже не понимают, что с ними происходит.

- То есть становятся рабами своей страсти?
- Это не рабство. Они уверены, что само Небо дает им шанс утвердиться в своей любви, в своем предназначении, и потому готовы в этой уверенности пойти на любой шаг, к любому трагическому исходу. Быть может, в этом поведении есть что-то иррациональное, быть может, в этом заключается какая-то неведомая нам Тайна. Мы можем только приблизиться к ней, но никогда не сможем расшифровать. Трудно расшифровать величие духа.

- Вы считаете этих женщин великими духом?
- Без всяких сомнений. Потому что человек реализует себя только в любви, и другой заповеди для него у природы нет. Посмотрите на булгаковскую Маргариту: она любит Мастера всей душой, и ради этой любви согласилась стать ведьмой, села на метлу, стала королевой дьявольского бала. Все – ради Любви! Это –подлинное величие души.

- Которое может привести и к преступлению? Как Макбет?
- А это, как я сказал, уже не в нашем понимании. И бороться с этим – пустое дело. Как можно бороться с Тайной? С непостижимой тайной? Анна Каренина, Маргарита, Макбет – это, по сути, одна и та же Женщина, женщина с раздвоенным, растроенным сознанием, женщина, которая и убивает, и бросается под поезд, и превращается в ведьму. Вы можете ее остановить?

- А почему ваша юная Саломея пошла на убийство Иоанна Крестителя? Ведь она была в него влюблена...
- Да разве она задавала себе такие вопросы? За нее кричало тело! Ведь он отверг ее, и страсть соединилась в ней с желанием мести. Она попросила голову Иоанна, но когда ей подали ее на серебряном подносе, она поцеловала ее в окровавленные губы...

- В вашем спектакле Саломею играет мужчина – знаменитый Бозин...
- И не только в моем театре, но и в английском, где идет эта пьеса Оскара Уайльда. Потому что только мужчина может нырнуть в подсознание женщины и раскрыть нам такие его глубины... Впрочем, в каждом мужчине есть немного женщины, и поэтому я посоветовал даже Алисе Фрейндлих играть роль Гитлера в спектакле о «ночи длинных ножей», во время которой Гитлер уничтожил уже ненужных ему бывших соратников. Безумие фюрера – это безумие женское, и неуправляемость властителя – это тоже из женского подсознания. Алиса играла это потрясающе, но из-за разных обстоятельств мы не смогли довести до конца эту постановку.

- Тема взаимоотношений между властью и артистом по-прежнему остается актуальной?
- А как же! Поэтому я и поставил сейчас пьесу «Король -Арлекин», которую написал австрийский драматург девятнадцатого века Рудольф Лотар и которая неоднократно запрещалась в разные времена разными властями. Ее запрещали в Вене, ее не разрешили поставить Таирову в Камерном театре до революции, ему же «посоветовала» не играть пьесу новая советская власть. И так сто лет ее никто не играл во всей Европе. А речь в ней идет о Творце, который в силу обстоятельств становится королем. И через какое-то время он понимает, что Творец несовместим с властью, что это - две совершенно разные ипостаси. И он опять возвращется к Творчеству. Это - трагическая пьеса, поскольку показывает, сколько боли может быть спрятано в человеке, если он находится у власти. Наши деятели культуры, которые заигрывают с властью, только теряют от этого.

Для увеличения нажми на меня!
Сцена из спектакля "Саломея"

- Что же, вообще не может быть просвещенной власти?
- Не может! Это было только один раз, при короле Фридрихе, который сам играл на клавесине и содержал оркестр. Он был очень музыкально образованным человеком, и когда однажды ему сообщили, что недалеко от его дворца проезжает Бах, он бросил все и пригласил композитора в гости.
Бах приехал, и король попросил его проверить звучание шести новых клавесинов, только что доставленных во дворец. Бах сел за клавесин и предложил Фридриху дать темы для фуги. И когда тот дал тему седьмой фуги, Бах ответил, что тему он ощущает, но переложить ее на ноты не может.
Композитор приехал в Лейпциг и там завершил все-таки работу, посвятив ее Фридриху - в знак благодарности за то, что король мог сочинить тему, которая оказалась трудна для воплощения даже гению. Это, надо сказать, прекрасное сочинение. История больше не знает подобных примеров.

- Что вы хотите сказать зрителю женскими образами?
- Что если бы не было таких жриц любви, жизнь на земле была бы скучной, неинтересной. Они выше политики, выше экономики, выше власти. Женщины разрушают этот материальный мир, и огромное им спасибо за это!

Яков Зубарев, "Силуэт"

"Саломея" и "Служанки" - Фестиваль лучших спектаклей, посвященный 20-летию театра Роман Виктюка:
Жан Жене. Служанки. Театральный ритуал

В ролях: Дмитрий Бозин, Иван Никульча, Дмитрий Жойдик,
Алексей Нестеренко
28 мая, Иерусалим, "Жерар Бахар", 20.00.
29 мая, Ашкелон, "Гейхал ха-Тарбут", 20.00.
2 июня, Хайфа, "Театрон ха-Цафон", 20.00.
4 июня, Тель-Авив, Центр сценических искусств - Опера , 20.00

Оскар Уайльд. Саломея. Странные игры Оскара Уайльда
В главной роли - Дмитрий Бозин. В ролях: Людмила Погорелова, Дмитрий Жойдик, Иван Никульча, Евгений Атарик, Олег Исаев и другие
31 мая, Беэр-Шева, "Гейхал ха-Тарбут", 20.00,
1 июня, Хайфа, "Аудиториум", 20.00,
3 июня, Тель-Авив, Центр сценических искусств - Опера, 20.00,

Организатор и инициатор фестиваля – продюсерская фирма "Cruise International".
Билеты на кассе компании -www.gastroli.co.il
и в других электронных кассах

Subscribe

Recent Posts from This Community

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment